Записи с темой: дневники (список заголовков)
12:48 

из В.Ф. Ленца...

...В этом доме не существовало общего всем другим домам и всегда тягостного обычая представлять гостей друг другу. Раз введенный сюда считался как бы знакомым со всеми и так и держал себя. Это весьма удобно. Уходят, не прощаясь, и входят с легким поклоном, как будто виделись 10 минут тому назад. Мне захотелось посидеть, по крайней мере, около Пушкина. Я собрался с духом и сел около него. К моему удивлению, он заговорил со мной очень ласково: должно быть, был в хорошем расположении духа. Гофмана фантастические сказки в это самое время были переведены в Париже на французский язык и, благодаря этому обстоятельству, сделались известны в Петербурге. Тут во всем главную роль играл — Париж. Пушкин только и говорил что про Гофмана; не даром же он и написал «Пиковую даму» в подражание Гофману, но в более изящном вкусе.
Гофмана я знал наизусть; ведь мы в Риге, в счастливые юношеские годы, почти молились на него. Наш разговор был оживлен и продолжался долго; я был в ударе и чувствовал, что говорил, как книга. «Одоевский пишет тоже фантастические пьесы», — сказал Пушкин с неподражаемым сарказмом в тоне...

читать дальше

@темы: дневники

14:35 

из Марлинского...

...Давно - кажется, с байбуртского сражения - не уставал я так, как устал, взбираясь по обледенелой крутизне Салатафа. Ноги раскатывались, скользили; невозможно было идти, не упираясь штыком в снег. Зато я щедро награжден за усталость прелестным видом, когда ветер распахнул позади нас туманы. Прошедши две трети, то есть верст пять в гору, мы были остановлены, и я имел полный досуг вздохнуть, дать разгул очам своим. Я уже стоял за границей растения, на крутом гольце. Утро было морозно, солнце катилось по синеве, пылко и лучезарно. Девственный снег, не запятнанпый следом человека, горел как покрывало, сотканное из алмазов по радужной основе. Огромные деревья леса опушены были кристаллами, в тысячу раз прелестнейшими зелени... Это было что-то идеально-очаровательное; звезды роились по ним вместо листьев, солнца в замену плодов. Но что виделось под стопами внизу, под очами вдали: и склоны и обрывы гор, расписанные тенями, и яркие хребты застывшего океана, вспененного туманами, и все, все, что можно было обнять взором и воображением, - этого не выразит никакое слово, не даст подобия никакая кисть. Сколько жизни разлито было по этим горам, несмотря на зиму, символ безжизненности! Я исчезал в созерцании...

читать дальше

@темы: історія, дневники, книжки

17:37 

Копаясь в источниках. Надо рисовать Юнону с Авосем, наткнулся:
...Резанов в кругосветном плавании Крузенштерна выполнял дипломатическое задание – он должен был установить торговые отношения с Японией. Но ничего не вышло, японцы на контакт не пошли. Тогда Резанов приказал Хвостову и мичману Давыдову, капитану «Авось», разорить селения японских рыбаков на Курилах и южном Сахалине. Приказал в секретной инструкции, которая была опубликована только спустя очень много лет. До сих пор у нас не любят вспоминать об этом. А ребятки вполне себе ретиво исполнили приказание: дважды, осенью 1806 и весной 1807 годов, корабли подходили к заливу Анива на Сахалине, где, по сути, занимались откровенным грабежом японцев.
Сохранилась опись награбленного . Меня потрясло, что помимо «трех тысяч восьмисот пудов сорочинского пшена», какого-то количества «пищалей да пушек», ценность которых еще как-то можно себе представить, в описи значатся:
«Штанов китайных – 21
Чайников с крышками и без - 12
Тоже без крышек поломанные – 3»

a-sharkov.livejournal.com/54584.html

...Сопротивление встретили только в одном месте — японцы малым числом открыли стрельбу, но их быстро отогнали ответными залпами с российских кораблей.
Посланцы доброй воли с удовлетворением обнаружили в японских закромах богатую добычу: «12 или 13 магазинов избышествовали пшеном, платьем и товарами всякого роду».
Добро начали свозить с берега на суда, но тут возникла типовая отечественная трудность, которую мичман описывает так: «… Все шло хорошо до того времени, како люди добрались до саги (то есть саке), а тогда многие из них перепились и с ними труднее было обходиться, нежели с японцами... Можно сказать, что все наши люди сколько хороши трезвые, столько же пьяные склонны к буйству, неповиновению и способны все дурное учинить».
Встревоженный пьянством подчиненных, глава миссии Хвостов отдал приказ возвращаться всем на суда. Однако этот приказ было не так просто выполнить: при сборе людей не смогли отыскать трех человек с «Юноны» и одного с «Авось»...

www.kommersant.ru/doc/2295947

@темы: історія, дневники

11:24 

Я люблю Конана оказалось скрытым трактатом о фентези, но не до конца додуманым...)

@темы: трактат, книжки, дневники

15:18 

архив)

16:17 

...Я часто проигрываю ее пластинки, особенно последнюю, которую она записала незадолго перед смертью. Прежде чем начать переписывать эту рукопись в шестой раз, я послушал Третий фортепианный концерт Бетховена в исполнении Клары (дирижер Маркевич). Он является для меня тем предельным приближением к настоящей правде в искусстве, каким может быть лишь великое произведение, и тем источником, из которого я почерпнул силы, чтобы закончить эту книгу...

Ч.Чаплин

@темы: дневники, книжки

15:50 

Забавно, все сладко-слёзные ресурсы про "русскую" балерину Ольгу Хохлову печатают историйку про то как мать Пикассо была против неиспанки и художник нарисовал портрет жены в испанском костюме, чтоб уломать маму.
Франсуаза пишет:
"Пабло ... рассказывал, что когда перед женитьбой поехал в Барселону с Ольгой и представил ее матери, та сказала: «Бедная девочка, ты понятия не имеешь, на что обрекаешь себя. Будь я твоей подругой, то посоветовала бы тебе не выходить за него ни под каким видом. Я не верю, что с моим сыном женщина сможет быть счастлива. Он озабочен только собой».

@темы: дневники, книжки, художники

08:02 

в двух словах о таварище Пабло...

...Считать, что Брак был невосприимчив к тонкостям своего положения, было бы ошибкой. Он понимал, что с Пабло нужно постоянно быть начеку, так как для Пабло жизнь неизменно была игрой без правил. Впервые увидя их вместе, я поняла, что Брак очень привязан к Пабло, но не доверяет ему, зная, что он способен на любые уловки и ухищрения, дабы одержать верх. Самые низкие трюки он приберегал для самых близких людей и никогда не упускал случая пустить их в ход, если кто-то предоставлял ему такую возможность. И к тем, кто предоставлял ее, Пабло уважения не питал...

@темы: дневники, книжки, художники

17:56 

"Моя жизнь с Пикасо" оказалась нудной книжкой с невероятным количеством правильных разговоров о живописи, но так жить нельзя, от этого все мухи дохнут...) А вот про белку мне понравилось, хотя я бы и не подумал править)

...Почти каждый вечер либо я приходил в мастерскую Брака, либо он в мою. Каждый обязан был посмотреть, что другой сделал за день. Мы критиковали работы друг друга. Полотно не было закончено, если оба так не считали.
Пабло издал смешок.
- Помню, однажды вечером я пришел к Браку. Он работал над большим овальным натюрмортом с пачкой табака, трубкой и прочими атрибутами кубизма. Я поглядел на картину, отступил назад и сказал: «Мой бедный друг, это ужасно. Я вижу на твоем холсте белку». «Это невозможно», — ответил Брак. Я сказал: «Да, понимаю, это параноидное видение, но все-таки я вижу белку. Холст должен быть картиной, а не оптической иллюзией. Поскольку людям нужно что-то видеть на нем, ты хочешь, чтобы они видели пачку табака, трубку и прочие вещи, которые поместил на нее. Но только ради Бога, убери эту белку». Брак отступил на несколько футов, пригляделся внимательно и тоже увидел белку, потому что подобное параноидное видение очень легко передается окружающим. Потом он сражался с этой белкой изо дня в день. Менял характер картины, освещение, композицию, однако белка неизменно возвращалась, поскольку, раз она находилась у нас в сознании, изгнать ее было почти невозможно. Как бы ни менялись формы, белка все-таки ухищрялась возвращаться. В конце концов, дней восемь-десять спустя, Брак сумел избавиться от этой иллюзии, и на холсте вновь оказались пачка табака, трубка, колода карт и, главное, кубистская живопись...

@темы: художники, книжки, дневники

11:07 

Андрей Гаврилов

"Genetics.
Наши деды были порядочными идиотами. Отцы - потерянными детьми идиотов. Наши сегодняшние молодые - правнуки идиотов, внуки потерянных, дети ничтожеств.
Какие могут быть претензии к "сегодняшнему дню"? "Всё идет, как по нотам". Во всем мире."

"Нынешний (или грядущий скоро) дораспад России (3-й и не последний) не экономическое и не социальное потрясение. А исключительно нравственное и интеллектуальное событие. (Не видел об этом ни у кого, поэтому пишу сюда, в свой дневник).
Ни одной свежей мысли на 140 миллионов людей! Ни одного здорового чувства. Культура мертва. Нравственный и интеллектуальный распад, полное разложение. Даже, если гипотетически представить "экономическое процветание" в России, и оно не изменит ничего при нравственной и интеллектуальной смерти. Нация моральных, культурных и интеллектуальных трупов. Политических и социальных - как следствие. В Украине есть малая толика жизни. В ничтожно (надеюсь пока) малой части населения."

"Шуман так прекрасен, что дух захватывает. А скоро вы все сможете им наслаждаться сколько душе угодно. Это меня радует доневозможности "

"И еще раз о музыке. В отношении "специалистов" меня поражает "когнитивный дуализм" их больного мозга. Казалось бы, все знают, что музыка - это сознание в звуках. Картины, философские и эмоциональные состояния, желания и страсти, наконец, все это "знают". Тут "задумчивость", здесь "торнадо", "ураган", тут "скорбь", здесь "смех", "кокетство", тут эротика или голая сексуальная страсть-тяга. ВСЕ ВСЁ ЗНАЮТ. И что же? Который год, по окончании ВСЕХ концертов на мировой сцене, мы слышим, видим, читаем - "прекрасный контроль", "великолепная педаль", "звук", "туше", "слаженность оркестра", "пиано", "форте".

Ну что ты будешь делать! Дьявольская напасть. Наваждение на музыкальный мир. Уже 150 лет. Как началась эра активного международного концертирования.

Ну вот, "торнадо" от Шопена. И не надо про "туше", "контроль" и "звук с педалью".

Good night.


"Нечеловеческая музыка" (Ленин и другие глупцы о Бетховене), "За гранью добра и зла" ( Ницше и "дети, следующие за ним к обрыву") и прочие напыщенные эпитеты мещан от искусства, глупцов от философии, думающих, что они делают "комплимент" произведению, или поведению "яркого индивида".

Тогда как подобными "мыслями" выдают только свою чудовищную глупость, эстетическое безвкусие и человеческую несостоятельность.
"Нечеловеческая музыка" - не может быть музыкой по определению. "За гранью добра и зла" находится только неполноценный человек.

Кроме безудержной глупости, подобные "заявления" свидетельствуют о полном отсутствии художественного вкуса. И люди столетиями повторяют эту чушь, не желая вдуматься ни в одно слово.

Самое трудное, что есть на свете - "заставить" человека думать. Еще труднее - вывести его из "плена обезьяньих рефлексов". Тогда как "счастье и свет" в жизни человека начинаются только там, где есть мысль и нет зла. И, что самое обидное для людей, этого совсем не трудно достичь, надо лишь научиться немного думать и работать, а не "плыть по течению".

@темы: художники, дневники, muzika

17:54 

...Этого небольшого участка было бы недостаточно, чтобы их прокормить, если бы они не занимались кузнечным ремеслом, передававшимся в семье по наследству. Обычай этот сохранился еще и во времена моего дяди. Старшего сына неизменно обучали кузнечному делу, и как мой дядя, так и мой отец последовали этому в отношении своих сыновей. Проштудировав церковные книги в Эктоне, я проследил браки и смерти в нашем роду только до 1555 года, так как до этого времени книги не велись. Из этих книг мне, однако, удалось узнать, что я являюсь младшим сыном младшего сына, который в свою очередь также был младшим сыном младшего сына, и так на протяжении пяти поколений...

так вот откуда Кард взял своего седьмого сына и подмастерье Элвина...)

@темы: дневники, книжки

15:49 

Импортозамещение мемуаров...

Первоначально осушения производятся без лишних споров, по взаимному согласию, по принципу соседства, по плану, разработанному крупными частными собственниками или церковными общинами, или же в зависимости от нужд ремесленников. Затем, по мере увеличения потребности, в 1285 г. была создана специальная магистратура, занимающаяся вопросами осушения территорий (Magistrato del Piovego), в обязанности которой также входило определять размеры обязательного взноса на осушение для каждого прихода...


в 1285 !!!

специальная магистратура !!!

о-е-е...

Мода на кофейни начинается в Венеции в 1683 г., когда открывается первая кофейня, на вывеске которой красуется слово «Араб»...

«Кофе, привезенный из Леванта, умеют варить только в Венеции», — утверждают многие героини Гольдони...

...Многие горько сожалели о быстро утвердившейся моде на посещение кофеен. «На все мода: иной раз в моде водка, другой раз кофе», — объясняет персонаж комедии Гольдони, владелец кофейни Ридольфо своему слуге Трапполе, в то время как Траппола хихикает за спиной носильщиков, которые, следуя моде, также явились пить кофе...

...По традиции горожане приходили поболтать друг с другом в крохотные лавчонки, где продавали напитки (в основном вино) не самого лучшего качества, зато дешевые. Даже Казанова находит больше удовольствия в посещении этих лавчонок, нежели модных кофеен. «В каждом из семидесяти двух приходов города Венеции, — пишет он, — есть большой трактир, именуемый винной лавкой, где торгуют вином в разлив; эти лавки открыты всю ночь, и каждый пожелавший выпить идет туда, потому что цены там ниже, чем во всех прочих городских трактирах, где обычно к выпивке подают еду. Впрочем, в винной лавке также можно поесть, приказав принести себе еду из колбасной лавочки, каковая имеется в каждом приходе и тоже открыта почти всю ночь»...

@темы: книжки, дневники, історія

11:54 

Гоцци в начале: "...Гольдони был изобретателен, обладал определенной, порой естественной, но плохо направляемой силой духа, смутным инстинктом правды, но рабски и грубо копировал природу, не опираясь на искусство; его язык тривиален и полон двусмысленностей, его характеры слишком шаржированы, его плохое образование, нечистый стиль сделали репертуар его комедий своего рода каталогом каламбуров, розыгрышей и низких и неправильных выражений из нашего жаргона..."

в середине: "...у меня появились подражатели и вкус к волшебному жанру стал своего рода страстью. Людям невозможно оставаться в пределах разумного! Театры предлагали теперь картины и роскошные декорации, волшебные превращения, буффонаду без искусства. Больше не обращалось внимания на аллегорический смысл, на сатиру нравов или поучения, для которых мои сказки служили лишь предлогом. Интерес вызывали только видимость и эффекты. Пришла смешная, несносная мода, оправдывающая критику моих побежденных врагов. Как будто достаточно было появления на сцене фей, чтобы заслужить аплодисменты; из-под земли вылезла куча чудес, нелепостей, колдовства, нервических, бессмысленных, детских фантазий, неспособных поразить ничьё воображение. Это было так же жалко, как слезливые, варварские и невразумительные пьесы моих предшественников. Я стал, в свою очередь, основателем школы безвкусия..."

и в конце: "...Он испытал боль, видя свои пьесы полностью заброшенными, и пьесы Гольдони, вернувшимися в театр. Его друзья пытались скрыть от него эту революцию во вкусах публики, но он догадывался, что происходит, и говорил, улыбаясь: «Я всегда знал, что огромный багаж Гольдони когда-нибудь выплывет, как то старое тряпье, что выбрасывают из окон в каналы. Бывает такой мусор, что никак не желает оставаться на дне. Только большой прилив может заставить его исчезнуть»...

@темы: дневники

11:27 

Гоцци талантливый, но болтун, хвастун и выдает себя всё время за философа.
Утомил своими мемуарами)

@темы: дневники

18:28 

Это тебе не балалайке играть, как говорил мой майор...

...В 1931 г. мы начали применять фальшивые танки – макеты, установленные на частных автомобилях.
Нас, будущих офицеров, также учили и верховой езде – она входила в программу. Завершался цикл подготовки в Нойкурене – курорте на Балтийском море, где на ферме паслись наши кони. Каждое утро до завтрака мы выезжали на прогулку среди дюн и пускались в отчаянный галоп по широкому белому морскому бережку. Годы с 1929 по 1932 г., проведенные в Восточной Пруссии, стали лучшими годами в моей карьере военного.
В 1931 и 1932 гг. нас, кадетов, на девять месяцев отправили в пехотное училище в Дрезден для окончания подготовки и присвоения звания младших офицеров.
В этой жемчужине Саксонии я и познакомился с Эрвином Роммелем. Он был тогда капитаном, нашим инструктором пехотной тактики и самым популярным из наставников-офицеров. Во время Первой мировой войны он отличился в боях с итальянцами и удостоился «Пур-ле-Мерит». Когда мы познакомились, ему было 42 года. Высокий и подтянутый, он выглядел грозным в безупречно сидевшей на нем форме со стоячим воротничком, однако теплая и приветливая улыбка невольно располагала к нему. Он рассказывал нам разные случаи, происходившие на войне, мы слушали, открыв рты, – а его книга «Тактика пехоты» служила нам самой настоящей библией.
В Дрездене я познакомился с донскими казаками, которые покинули Россию после 1917 г. В результате я выбрал русский язык в качестве дополнительного предмета в пехотном училище. Мой учитель, эмигрант из Прибалтики, ввел меня в русское общество. Многим эмигрантам приходилось очень тяжело, однако они сохраняли свою культуру. Возглавлял колонию князь Оболенский, очень приятный господин – дворянин старой закалки.
Наиболее глубокое впечатление произвело на меня знакомство с семьей фон Затина, представителя восточной партии русских, с которым я очень подружился. Рахманинов, известнейший композитор и пианист, приходился братом госпожи фон Затин. Он часто приезжал в гости из Парижа или из Швейцарии. Бывал Рахманинов в гостях и у деятелей восточной партии. Мы пили чай из самовара и закусывали, ели вишневое варенье. Как-то вдруг Рахманинов уселся за рояль и воскликнул:
– Ну, молодые люди, танцуйте на нашем празднике.
Кто же откажет себе в удовольствии станцевать под аккомпанемент самого Рахманинова?

@темы: дневники

11:18 

из Матлина...

Если вы окажетесь в Испании, не зная испанского языка, или, скажем, в Германии, не зная немецкого, или даже в Греции, не зная греческого, вы всё равно что-нибудь поймёте в окружающем вас мире. Вы видите слова, состоящие из букв, и вы знаете, что каждая буква обозначает определённый звук. Вы можете сложить их вместе и по созвучию попытаться понять значение написанного. Но вот вы попадаете в Китай, и тут вас охватывает отвратительное ощущение полной слепоты и глухоты. Вас обступают иероглифы. Вы видите надпись, но вам сроду не догадаться, что она значит — “Продовольственные товары”, или “Вход воспрещён”, или “Партия — наш рулевой”.
Весь ужас китайской письменности в том, что она не имеет отношения к фонетике. Иероглифы не обозначают звуков, а обозначают то ли предметы, то ли понятия, когда как придётся. А значит, и произносить их можно как придётся. Увидишь закорючку — хочешь, произноси её “хрен”, а хочешь — “редька”. Вот такой жуткий язык. В результате в Китае существуют сотни, а то и тысячи диалектов. И те, кто живёт в Шанхае, не понимают тех, кто живёт в Хонгчжу, за двести километров.
В одну из поездок в Китай меня сопровождала моя жена. Когда мы летели из Токио в Шанхай, она вдруг радостно объявила, что уже может немного читать по-китайски. Она знает, как пишется слово “выход”. Оно состоит их двух таких маленьких загогулин, одна из которых похожа на трезубец, а другая — просто квадрат с маленьким хвостиком.
Пришла стюардесса и раздала “Health Declaration” — вопросник, который нужно предъявлять при въезде в страну. Дескать, нет ли у вас температуры, кашля, кровотечения, малярии, поноса и тому подобного. Только мы углубились в заполнение этих интимных анкет, как вдруг моя жена заявляет, что её китайский язык только что усовершенствовался ещё сильнее. Ну-ка посмотри, говорит, на слово “кровотечение” и сравни его со словом “выход”. И вот я пристально смотрю на эти, казалось бы, совершенно различные слова, и, представьте себе, обнаруживаю в них одну и ту же загогулину, этот самый трезубец. И меня охватывает священный трепет от такого неожиданного проникновения в тайны китайской грамоты. Кровотечение. Выход. Выход крови.
— О, Боже! — шепчу я. — Понос!
— Допрыгался, — злорадно говорит жена. — Предупреждали тебя: не ешь сырых осьминогов!
— Да нет же! — кричу я. — Надо проверить слово “понос”! В нём должен быть тот же самый иероглиф!
И мы вместе бросаемся к китайскому написанию слова “понос”, но, к своему разочарованию, не находим в нём ничего похожего на полюбившийся нам трезубец. Так мы снова, уже который раз в жизни, убеждаемся в том, что язык не укладывается в формулы и не поддаётся экстраполяции. Он, проклятый, ничему не поддаётся, кроме тупого заучивания. Если вы, читатель, хотите знать иностранный язык, вам придётся смириться с этой неумолимой истиной.

@темы: дневники, книжки

13:41 

...Живу теперь в Москве безвылазно, т.к. ни одной минуты отлучиться не могу. И тем не менее для завтрашнего дня — Елизаветина дня, сиречь «тещина дня» — делаю исключение и еду завтра утром в Дугино. Пока все наши там. Может быть, пробудут весь сентябрь. Там все же лучше, чем здесь. Что касается зимы, то у нас уродилось много картошки и — как знать? — она может оказаться единственным нашим питанием. Да и то если ее не реквизируют, что было бы невероятным свинством и подлостью, ибо она посажена и выкопана собственными руками всей нашей семьи без «батрацких депутатов». Работали с утра до вечера, и сейчас работают, копают...

Игорь Грабарь

project1917.ru/posts/20109##post

@темы: історія, дневники

22:36 

Маннергейм...

Из Парижа мой путь пролегал через Швейцарию в Варшаву. Там я посетил маршала Пилсудского, великого человека Польши, который встал во главе молодой республики. Он казался очень скромным человеком. Маршал Пилсудский принял меня в своем рабочем кабинете. Наша беседа касалась наиболее жизненных для нас вопросов отношений с Россией. Маршал понимал, как важно объединить военные действия русских белых сил, для того чтобы успешно провести операции со' стороны отсоединившихся от России государств. По этому поводу он очень хорошо сказал:
— Что я могу сделать, если русские белые руководители не понимают: та Россия, которая возрождается на наших глазах, не будет той же в точности Россией, что была раньше. Польша, как и Финляндия, больше не может быть частью этого государства!
В сентябре я послал к генералу Деникину военную делегацию во главе с генералом Карником, дабы заявить, что мы готовы пожертвовать польской кровью для его движения. Но когда Карник поднял вопрос о независимости Польши, Деникин начал говорить о неделимости России, частью которой Польша якобы оставалась до сих пор. Пока будет господствовать такая точка зрения, я считаю безнадежным делом вступать в переговоры с высшими лицами России.
Вскоре стало известно, что соглашение о сотрудничестве между Пилсудским и Деникиным не было достигнуто. Пассивность польской армии осенью 1919 года дала возможность большевикам снять свои части с польского фронта и перебросить их против генерала Деникина, который в итоге был разгромлен...

@темы: історія, дневники

14:27 

Всегда считал Деникина олухом...

"...Генерал Деникин, стрелковая дивизия которого участвовала в захвате города, разъяснил мне ситуацию, как он ее понимал. Именно сейчас на западной окраине Луцка шли бои против пехоты противника.
Чтобы нарушить сообщение противника с Владимиром-Волынским в соответствии с полученными мной указаниями, я решил сначала захватить городок Торчин, стоявший на перекрестке дорог в двадцати километрах западнее Луцка. Этот перекресток был очень важен для передвижений нашей пехоты и снабжения частей. Прорвать линию фронта, чтобы углубиться на территорию противника, оказалось очень сложно, жестокие бои продолжались весь день и всю следующую ночь. Это была пятая ночь, когда дивизия не слезала с седел, и лошади и люди крайне нуждались в еде и отдыхе. На следующий день мы захватили село Боратынь, что к северу от Тор-чина, а после полуденного отдыха начался бой за Торчин, который длился всю ночь.
Теперь надо было двигаться в глубь территории противника по направлению к Владимиру-Волынскому. Утром 11 июня, еще до того, как пал Торчин, я сосредоточил свои основные силы приблизительно в десяти километрах от него — напротив небольшого села. Когда Торчин был захвачен, отступающие колонны неприятеля прошли через это село, а следом и моей дивизии удалось прорваться на территорию противника. Мы направились в сторону шоссе, ведущего к Владимиру-Волынскому, чтобы в двадцати километрах от города перерезать его. Эти бои продолжались трое суток.
Между тем австрийцы бросили в бой свои резервы, и сражение достигло апогея. Я получил приказ срочно перебросить дивизию на западную окраину города Киселин для прикрытия передислокации пехотных соединений. Солдаты дивизии были страшно измотаны, лошади — вконец измождены, поэтому быстро перевести ее на новые позиции представлялось очень трудной задачей.
Дивизия была уже на полпути к Ковелю. Неподалеку от моей колонны возвышались несколько холмов. Судя по всему, генерал Деникин, дивизию которого мы оставили позади, не видел в них никакого практического смысла. Поскольку генерал не позаботился о захвате высот, я решил сделать это по собственной инициативе. Но стоило моим частям пойти в атаку, как сражение за эти высоты началось буквально со всех сторон. По сведениям, полученным от пленных, мы узнали, что силы, атакованные нами, были передовыми частями немецких войск, переброшенных из Ковеля. Как видно, начали прибывать резервы из Германии. Я позвонил Деникину и предложил ему в течение дня сменить мои части на этих высотах, если он не хочет, чтобы холмы оказались в руках неприятеля. Генерал отказался — он уже начал передислокацию, но в дальнейшем, если высоты ему понадобятся, он всегда сможет захватить их. На что я ответил, что через какое-то время будет очень сложно отбросить немцев назад.
— Где вы видите немцев? — закричал Деникин. — Здесь нет никаких немцев!
Я сухо заметил, что мне легче их видеть, так как я стою прямо перед ними. Этот пример ярко отражает присущее русским командирам желание преуменьшать те обстоятельства, которые по той или иной причине не вписываются в их планы.
Когда мою дивизию с приходом ночи отвели в резерв армейского корпуса, холмы снова оказались в руках немцев. Значение этого факта генерал Деникин осознал уже на следующий день..."

@темы: дневники, історія

10:36 

из Маннергейма...

...16 января я посетил Свинхувуда. Главе государства, как и мне, было совершенно очевидно, что моей обязанностью будет не просто поддержание порядка в стране, а освобождение Финляндии.
Я заявил о своей готовности стать главнокомандующим, но при условии, что сенат не попросит помощи ни у Швеции, ни у Германии.
Судя по всему, Свинхувуд не верил, что мы сможем положиться на собственные силы.
— У генерала нет армии, нет солдат, нет оружия — как же вы сумеете подавить сопротивление? — спросил он.
Я ответил, что у меня нет никаких сомнений в успехе. Да, нам необходимо было срочно создать армию. Но я был уверен в стрелковом искусстве и лыжном мастерстве финнов. Офицеров и унтер-офицеров — всех тех, кто проходил воинскую службу в своей или чужой стране, — можно было собрать очень быстро, а высшее и низшее командование следовало создать из людей, обученных в 27-м егерском батальоне...

...В конце беседы я заявил, что в течение ближайших суток отправлюсь в город Васа и организую там штаб. Вдобавок я поделился своими мыслями о пребывании в стране русских частей. Как я полагал, эти части должны были быть разоружены. Свинхувуд придерживался того же мнения.

Выйдя на улицу, я встретил своего старого товарища Акселя Эрнруута, директора-распорядителя «Приват-банка». Он спросил, принял ли я предложение. Я ответил утвердительно и добавил, что финансовая сторона дела еще не обсуждалась.
На следующий день Эрнруут сообщил мне, что перевел в Васу на военные нужды 15 миллионов марок...

@темы: історія, дневники

Skazochki...

главная